Эта история случилась на Всемирном конгрессе русской прессы в Москве. Все шло обычным порядком, заведенным на таких мероприятиях. Поначалу зачитывается по бумажке приветствие президента России. Потом выступает видный государственный чин – в нашем случае спикер Государственной думы Сергей Нарышкин. Он благодарит собравшихся за "непредвзятую трактовку санкций, примененных к России". Я немного удивляюсь. Откуда он знает, как трактуют санкции все эти люди, съехавшиеся из 65 стран мира – изо всех своих Мальт и Перу. Но, видимо, знает. Он считает их всех своими, единомышленниками.



Вслед за ним выступает глава президентской администрации Сергей Иванов. Заявляет о "прямом возрождении нацизма в ряде европейских стран, о которых вы все хорошо знаете". Похоже, и этот думает, что его понимают с полуслова. А особенно хорошо понимают, когда он говорит, что "создан такой инструмент, как фонд поддержки русской прессы, и это приятно". Фонд начнет оказывать материальную поддержку русским СМИ уже в этом году.

Выступив, Сергей Иванов соглашается ответить на вопросы гостей. И тут журналистка из Латвии доставляет ему дискомфорт. Она говорит, что хватит держаться за эти контрсанкции, которые всем поперек горла. На что Сергей Иванов, фигурально выражаясь, показывает ей дулю с маслом. Он говорит, что отмена санкций была бы ударом в спину отечественному производителю. "Лучше нам подольше прожить в режиме санкций!" – отвечает ей Сергей Иванов.

К счастью, тут же находится журналист из Цюриха, который ведет себя как настоящий друг Сергея Иванова. "История с ФИФА начиналась как простое дело о коррупции. Но в прессе возникла идея отобрать чемпионат мира у России. Идет скоординированная атака на Россию, это не оставляет меня равнодушным. Как вы будете отбиваться?!" – "Беспокоят попытки США распространить свою юрисдикцию на весь мир! – благодарно подхватывает тему Сергей Иванов. – Это попахивает империализмом!"


Короче говоря, все шло мирным, рутинным порядком, пока не появился оратор, который разрушил всю эту тишь и благодать. Сергей Мироненко, директор Государственного архива Российской Федерации произнес речь примерно следующего содержания. Хватит цепляться за мифы. Не было никаких 28 панфиловцев, которые в бою под Дубосековом якобы остановили 50 немецких танков. И фразы "Велика Россия, а отступать некуда – позади Москва!", якобы сказанной политруком Клочковым, – тоже не было. Фразу придумал литературный секретарь газеты "Красная Звезда" Александр Кривицкий вместе со всей историей подвига. И все это военная прокуратура установила еще в 1948 году. Но материалы засекретили, потому что отступать действительно было уже некуда: миф давно жил своей жизнью.

Потом Мироненко говорит о Сталине. "Жизнь в советское время не стоила ничего. Нужно сказать всю правду о его ответственности. Пакт Риббентропа – Молотова правильнее назвать пактом Гитлера – Сталина. Этот пакт – крупнейший стратегический просчет Сталина, если не сказать – преступление". Мироненко рассказывает, как в первые дни войны Сталин сбежал, спрятался от всего живого. А в День Победы произнес тост за русский народ, в котором сказал, что другой народ после таких страшных военных неудач прогнал бы свое правительство, но русский народ вот верил ему и остался с ним, за что ему огромное спасибо.


Когда Мироненко заканчивает, Александр Клейн, заместитель директора ТАСС и руководитель Всемирного конгресса русской прессы, задумчиво говорит: "Да... А я ведь учился в школе имени героев-панфиловцев. У нас и музей был. Но даже тогда мы понимали, что во всем этом есть какая-то недосказанность. Там путались с именами людей: те, которых считали мертвыми, вдруг оказывались живы, они каждый день приезжали, а тот, который числился живым, – все никак не ехал..."

Совершенно очевидно, что никакой сенсации в том, что сказал Мироненко, для Клейна нет. Доклад военной прокуратуры опубликовали еще в середине 1990-х годов. Но рядом сидят главные редакторы русских газет, которые слышат об этом впервые!

– Я из Астаны, из Казахстана, – растерянно говорит первый оратор. – У нас есть очевидец этого подвига, Герой Советского Союза. Есть стела "Дубосеково" – она будет снесена?!

– Мой нравственный долг – сказать правду, – отвечает Мироненко. – Мне уже объявляли, что я не патриот, потому что рассказываю об этих исследованиях. Что делать! Правду говорить тяжело.


Но эти его слова только раззадоривают публику. Микрофон захватывает дама, представляющаяся "Комсомольской правдой в Канаде", и принимается бросать в лицо ученому гневные упреки:

– Вы собрали весь негатив!! У меня ощущение, что я выслушала канадского политика!! Вы сами сказали, что вы не патриот! Вы сказали о панфиловцах и не сказали, сколько подвигов не было освещено! (он, кстати, об этом говорил, она просто прослушала. – Е.Р.)

– Опровергните, – пожимает плечами Мироненко. – Хотя бы один факт. Опровергните.

Но какое там! Она не умеет фактами. Она умеет надрывом.

– У нас в Канаде живут тысячи людей из фашистской дивизии "Галичина"! Вы будете у них "на ура"! – победоносно заканчивает свою прокурорскую речь "Комсомольская правда в Канаде", которая очевидно не читает "Комсомольскую правду в Москве", со страниц которой Сергей Мироненко еще четыре года назад говорил то же, что и сейчас.


Нервный канадский выкрик срывает аплодисменты. Очевидно, что у дамы здесь есть союзники. Флаг подхватывает журналистка из Латвии (другая журналистка, не та, которая спросила про санкции. Эта представляется главным редактором рижского журнала "Бизнес-класс":

– Осознаете ли вы свою нравственную ответственность за то, что, открывая правду о Дубосеках, вы ставите под вопрос отношения между Россией и Казахстаном, которые этот подвиг чтят?! (Аплодисменты.) Вы понимаете, какой клин вы вбиваете в эти отношения?! (Аплодисменты.)

Тут ангельскому терпению директора Госархива приходит конец:

– Это вы клин вбиваете такими вопросами!

А на очереди к микрофону уже стоит главный редактор из Киргизии. Говорит тише и вежливее. Но крайне подавлена.

– Столько лет нам говорили о подвиге панфиловцев. Я тоже за правду. Но, как нас учили на журфаке, есть правда, которую лучше не оглашать (выделено мной. – Е.Р.). У нас в Киргизии атомная бомба взорвется, если об этом узнают. Знаете, какой будет реакция? "А, эти русские, они, как всегда, врут!" Настолько это невероятно. Так объявлять эту правду или умолчать о ней?

Она явно просила совета у директора Государственного архива.

– Это вы должны решать, не я, – удивился он. – Если хотите, пришлем вам доклад Афанасьева, главного военного прокурора 1948 года.


И тут слово взял главный редактор "Российской газеты" Владислав Фронин. Оказалось, его совсем не мучает тот вопрос, который мучает его коллегу из Киргизии. Потому что он знает верный ответ: такая правда нам не нужна!

– Если я напечатаю этот документ о панфиловцах, то нанесу вред и своей аудитории, и солдатам, которые воевали, – уверенно говорит Фронин.

Казалось бы, вот она, финальная точка дискуссии, которая вполне вписалась бы в логику мероприятия. Но на эту минуту своего слова еще не сказал Алексей Венедиктов, который тоже был в этом зале! А тут он его взял и сказал:

– Для меня тоже было шоком, что панфиловцев не было. Мы учили в школе все 28 имен наизусть. Но надо понимать: если их не было – значит не было. Правда приоритетна. Если есть документ – его надо публиковать. А то давайте одно не публиковать, другое... Давайте не публиковать секретных протоколов, госпожа из Латвии, потому что это позорит нашу страну. Да, в истории этой страны есть позорные, грязные страницы. Но если вы не моете в доме грязную комнату – грязь из нее расползется повсюду. Что это вообще за постановка вопроса – говорить или нет правду? Тогда есть другая профессия – пропагандист, когда одну часть правды вытаскивают, другую скрывают!

И это выступление тоже срывает аплодисменты! Он не был однородным этот зал, нет! Но точка все равно досталась противной стороне. До микрофона дотянулся представитель белорусского информационного агентства.

– А почему в доме, где 17 комнат, нужно говорить о грязном туалете? Где другие 17 комнат?!

А где другие туалеты в доме, где целых семнадцать комнат?! – хотелось уточнить в ответ. Но тут в зал длинной цепочкой вступили представители Федеральной миграционной службы. Пришло их время ответить на вопросы, беспокоящие аудиторию русскоязычных зарубежных изданий. Про панфиловцев было обещано продолжить на следующий день. Возможно, с надеждой, что к утру люди смирятся, что панфиловцев больше нет.

За сылки на постингите на руските либерасти се плаща само 50 % от полагаемия бонус, но все е файда.

Фашисты на веревочке

АВТОР
Аркадий Бабченко
журналист

В Раменском в честь дня России по главной улице дети провели на веревочке пленного фашиста. Фашист был вполне себе такой настоящий — в черной форме и, между прочим, со свастикой на рукаве (полагаю, следственный комитет уже возбудился по этому поводу, ведь правда же?)

В Тамбове в честь дня России граждане нарядили свои детские коляски в макеты танков, систем залпового огня, кораблей и самолетеов. И посадили туда детей — в маленьких гимнастреках. И сами нарядились в пилотки и хаки. И так и гуляли по городу — с меленькими детьми в маленьких гимнастерках в маленьких колясках в виде танков.

Мне вот интересно..

Вот эти люди, которые детские коляски в танки наряжают и пленных фашистов по Раменкам водят, они вообще понимают, что все существование — не их даже, а их страны как таковой — зависит не от фашистов на веревочке, а только и исключительно от странных хипстеров в Кремниевой долине?

И что как только эти ненавидемые ими пин**сы изобретут реальную альтернативу углеводородам — а это вопрос ближайших десятилетий, по всей видимости — или действительно удешевят сланцевую добычу настолько, что нефть рухнет даже не до шестидесяти долларов — а это вопрос уже ближайших лет, по всей видимости — то от всей их гигантской страны со всеми их колясками, танками, георгиевсикими ленточками, энергетическими сверхдержавами, фашистами на веревочке и миллионами сожравших свой собственный мозг победобесных зомби — останется дробный набор нищих третьесортных конгоподобных княжеств и один такой огромный гигантский Китай за Уралом?

Что все их величие держится только и исключительно на том, что какой-нибудь Брахман Чандрасекар из Калтеха все еще не соединил две шестеренки в одну?

Потому что больше у этой страны нет ничего — за пятнадцать лет золотого дождя она умудрилась проспать все, вообще все, не только непоправимо отстать от передовой науки, но даже нефтяные платформы строить так и не научилась…

В общем, больше фашистов на веревочке, друзья мои!

И будет нам счастье.

товарищМаузер
16 Юни 2015 23:55Мнения: 8,181
От: BulgariaСкрий: Име,IP
Мне так охота вам сказать про наш любимый строй. Мне кажется, что каждый из вас согласен будет со мной. ..................................................................................................................................