| Известный историк, культуролог, философ Игорь Яковенко представил в Екатеринбурге новое издание своей книги «Познание России: цивилизационный анализ». «Расшифровав» российский цивилизационный код, который, по словам Игоря Григорьевича, складывался в XII–XVI веках, «между Андреем Боголюбским и Иваном Грозным», то есть в период появления самодержавной власти, ученый пришел к выводу, что традиционная, экстенсивная российская культура проигрывает интенсивной культуре Запада, и историческое время ее сочтено. Предлагаем вашему вниманию содержание лекции Игоря Яковенко в Ельцин Центре. «Россия находится в вечном споре с природой вещей и историей» Базовая характеристика российской цивилизации — идеал синкрезиса, когда все слито со всем. Социальное, культурное, психологическое — ничто не расчленено, не выделено, и это [воспринимается как] предел совершенства. Интеллигенты XIX века писали, что, когда русский крестьянин пашет землю, он молится Богу. Имелось в виду, что, работая, он находится в медитативно-сомнамбулическом состоянии, растворен в бытии. Лоно, родившее такой тип [мышления и поведения], — догосударственный родовой комплекс, существовавший тысячелетиями. Но и в XIX веке русский крестьянин старался жить наособицу, в стороне от власти, бар, города. Известная поговорка: не было бы жалко лаптей, сбежал бы от жены и от детей. То есть и от государства тоже. Этот догосударственный родовой комплекс каждый раз по-своему воспроизводится в ходе российской истории: в старообрядцах, народовольцах, затем эсерах, большевиках. Есть одно «но»: история человечества — это процесс постоянного дробления синкрезиса: выделяются роды занятий, социальные группы, возникают государства, науки, искусства, все дробится. Если в этой ситуации за идеал принимается синкрезис, самое начало, то такая культура противостоит всемирно-историческому процессу. То есть Россия находится в вечном споре с природой вещей и историей. Из синкрезиса вытекает эсхатологизм — вера в то, что в силу некоего скачка, после революции, после победы добра произойдет реализация идеала (для путинской России эсхатологический проект, очевидно, заключается в разрушении однополярного, западноцентричного мира — прим. ред.). В определенный момент возникают калики перехожие, которые пророчествуют, что мир отклоняется от идеала и наступают последние времена. Другое следствие синкрезиса: все, что ценностно, в России объявляется непостижимым. Например, власть: она есть тайна, она сакральна. Отсюда тяга к упрощению реальности до своего мышления, в противоположность другой фундаментальной реакции на изменения — усложнение восприятия мира. По мере развития человечества и дробления синкрезиса познание отделяется от оценки, мы познаем мир внеоценочно. Но в нашей культуре познание и оценка категорически не расходятся. Как у ребенка, для которого никакой персонаж внеоценочно не существует. «Это плохой герой или хороший?» — спрашивает он, когда смотрит какой-нибудь фильм. Раньше, просматривая зарубежный фильм, подростки спрашивали: это наши или немцы? Неважно, что там не было ни наших, ни немцев. «Наши» значит «хорошие», а «немцы» — «плохие». Даже правивший в XX веке Николай II продолжал именовать (и чувствовать) себя "хозяином земли русской" ............... http://ru-mir.net/2018/02/14/pochemu-rossiyskaya-tsivilizatsiya-riskuet-proigrat-istorii-i-miru/#more-58426 |