Руска поезия, с извинение
Отиди на страница:
| Борис Пастернак [/b] ЗИМНЯЯ НОЧЬ Мело, мело по всей земле Во все пределы. Свеча горела на столе, Свеча горела. Как летом роем мошкара Летит на пламя, Слетались хлопья со двора К оконной раме. Метель лепила на стекле Кружки и стрелы. Свеча горела на столе, Свеча горела. На озаренный потолок Ложились тени, Скрещенья рук, скрещенья ног, Судьбы скрещенья. И падали два башмачка Со стуком на пол. И воск слезами с ночника На платье капал. И все терялось в снежной мгле Седой и белой. Свеча горела на столе, Свеча горела. На свечку дуло из угла, И жар соблазна Вздымал, как ангел, два крыла Крестообразно. Мело весь месяц в феврале, И то и дело Свеча горела на столе, Свеча горела. 1946 За меломаните - Натиснете тук |
| Ехал всадник на коне. Артиллерия орала. Танк стрелял. Душа сгорала. Виселица на гумне... Иллюстрация к войне. Я, конечно, не помру: ты мне раны перевяжешь, слово ласковое скажешь. Все затянется к утру... Иллюстрация к добру. Мир замешан на крови. Это наш последний берег. Может, кто и не поверит - ниточку не оборви... Иллюстрация к любви. Булат Окуджава Редактирано от - Caravaggio на 24/1/2010 г/ 14:05:15 |
Да си призная, не обичам Пастернак. Струва ми се тромав и не ме хваща. Както казват руснаците - не то. Но винаги ще помня един негов стих: И страшным, страшным креном К другим каким-нибудь Неведомым вселенным Повернут Млечный путь |
За черноморците  :Эдуард Багрицкий КОНТРАБАНДИСТЫ По рыбам, по звездам Проносит шаланду: Три грека в Одессу Везут контрабанду. На правом борту, Что над пропастью вырос: Янаки, Ставраки, Папа Сатырос. А ветер как гикнет, Как мимо просвищет, Как двинет барашком Под звонкое днище, Чтоб гвозди звенели, Чтоб мачта гудела: "Доброе дело! Хорошее дело!" Чтоб звезды обрызгали Груду наживы: Коньяк, чулки И презервативы... Ай, греческий парус! Ай, Черное море! Ай, Черное море!.. Вор на воре! . . . . . . . . . . . . . Двенадцатый час - Осторожное время. Три пограничника, Ветер и темень. Три пограничника, Шестеро глаз - Шестеро глаз Да моторный баркас... Три пограничника! Вор на дозоре! Бросьте баркас В басурманское море, Чтобы вода Под кормой загудела: "Доброе дело! Хорошее дело!" Чтобы по трубам, В ребра и винт, Виттовой пляской Двинул бензин. Ай, звездная полночь! Ай, Черное море! Ай, Черное море!.. Вор на воре! . . . . . . . . . . . . . Вот так бы и мне В налетающей тьме Усы раздувать, Развалясь на корме, Да видеть звезду Над бугшпритом склоненным, Да голос ломать Черноморским жаргоном, Да слушать сквозь ветер, Холодный и горький, Мотора дозорного Скороговорки! Иль правильней, может, Сжимая наган, За вором следить, Уходящим в туман... Да ветер почуять, Скользящий по жилам, Вослед парусам, Что летят по светилам... И вдруг неожиданно Встретить во тьме Усатого грека На черной корме... Так бей же по жилам, Кидайся в края, Бездомная молодость, Ярость моя! Чтоб звездами сыпалась Кровь человечья, Чтоб выстрелом рваться Вселенной навстречу, Чтоб волн запевал Оголтелый народ, Чтоб злобная песня Коверкала рот, - И петь, задыхаясь, На страшном просторе: "Ай, Черное море, Хорошее море..!" 1927 |
аз пък като си харесвам едни любовни примитиви на Евтушенко, Вознесенски и Рождественски, не смея тук да се обадя...  |
| СТАРЫЕ СЛОВА Р. Рождественский Три слова, будто три огня, Придут к тебе средь бела дня. Придут к тебе порой ночной, Огромные, как шар земной. Как будто парус – кораблю Три слова: «Я тебя люблю». Какие старые слова, А как кружится голова, А как кружится голова… Три слова, вечных, как весна, Такая сила им дана. Три слова, и одна судьба, Одна мечта, одна тропа… И во однажды, все стерпя, Ты скажешь: «Я люблю тебя». Какие старые слова, А как кружится голова, А как кружится голова… Три слова, будто три зари, Ты их погромче повтори. Они тебе не зря сейчас Понятны стали в первый раз. Они летят издалека, Сердца пронзая и века. Какие старые слова, А как кружится голова, А как кружится голова… |
| Вот ишчо про любви: Мама, я жулика люблю Фраер топает за мной, А мне нравится блатной - Мама, я жулика люблю! Жулик будет воровать, А я буду продавать - Мама, я жулика люблю! Менты ходят, жулик спит, А мое сердце так болит - Мама, я жулика люблю! Жулик будет воровать, А я буду продавать - Мама, я жулика люблю! Где блатные, там и я, Все блатные — боль моя - Мама, я жулика люблю! Жулик будет воровать, А я буду продавать - Мама, я жулика люблю! Жулик ходит в кандалах, А я с фраером в шелках - Мама, я жулика люблю! Жулик будет воровать, А я буду продавать - Мама, я жулика люблю! Фраер будет мой страдать, А я буду пропивать - Мама, я жулика люблю! Жулик будет воровать, А я буду продавать - Мама, я жулика люблю! Лъжата, която прилича на истина, не е по- добра от истината, която прилича на лъжа - <Кабус Наме> |
| Анна Ахматова ЛЮБОВЬ То змейкой, свернувшись клубком, У самого сердца колдует, То целые дни голубком На белом окошке воркует, То в инее ярком блеснет, Почудится в дреме левкоя... Но верно и тайно ведет От радости и от покоя. Умеет так сладко рыдать В молитве тоскующей скрипки, И страшно ее угадать В еще незнакомой улыбке. 24 ноября 1911, Царское Село |
| Мы соблюдаем правила зимы. Играем мы, не уступая смеху и придавая очертанья снегу, приподнимаем белый снег с земли. И будто бы предчувствуя беду, прохожие толпятся у забора, снедает их тяжелая забота: а что с тобой имеем мы в виду? Мы бабу лепим - только и всего. О, это торжество и удивленье, когда и высота и удлиненье зависят от движенья твоего. Ты говоришь:- Смотри, как я леплю.- Действительно, как хорошо ты лепишь и форму от бесформенности лечишь. Я говорю:- Смотри, как я люблю. Снег уточняет все свои черты и слушается нашего приказа. И вдруг я замечаю, как прекрасно лицо, что к снегу обращаешь ты. Проходим мы по белому двору, прохожих мимо, с выраженьем дерзким. С лицом таким же пристальным и детским, любимый мой, всегда играй в игру. Поддайся его долгому труду, о моего любимого работа! Даруй ему удачливость ребенка, рисующего домик и трубу. Белла Ахмадулина Без извинение... |
| Като гледам Шломо как пуска водата след частушките, ми се ще на измитото да споделя, че споменатите от мен трима много ги ползвах в балзаковските си години - те впрочем и съвпаднаха с периода на писателската им популярност. И не толкова в безкрайните дефиниции, минали през сърцето на поета - що е това любов, а просто в разказа на житейски случки и ситуации, свързани с упражняването на това чувство. Част от нещата им ги знаех наизуст, а друга част ги печатах или пишех красиво, някои дори и на розова хартия, и ги пращах - кога анонимно, кога не, на обекти от моето обкръжение, свързани по някакъв начин с консумацията на същото чувство. Днес, когато тези упражнения са зад гърба ми, ми остава споменът от чудесните наблюдения на авторите, простичко споделени, за всички нас, които обезателно ще намерим същото в житейската си история и ще ахнем - ами, точно така е! Ето например една такава сподялба на ситуацията "не повтаряй историята" - може и да не стане фарс, но вкусът няма да е същият, като на претоплената манджа (извинете за кулинарния паралел, но срещу природата не се рита). * Андрей Вознесенски Не возвращайтесь к былым возлюбленным, былых возлюбленных на свете нет. Есть дубликаты — как домик убранный, где они жили немного лет. Вас лаем встретит собачка белая, и расположенные на холме две рощи — правая, а позже левая — повторят лай про себя, во мгле. Два эха в рощах живут раздельные, как будто в стереоколонках двух, все, что ты сделала и что я сделаю, они разносят по свету вслух. А в доме эхо уронит чашку, ложное эхо предложит чай, ложное эхо оставит на ночь, когда ей надо бы закричать: «Не возвращайся ко мне, возлюбленный, былых возлюбленных на свете нет, две изумительные изюминки, хоть и расправятся тебе в ответ...» А завтра вечером, на поезд следуя, вы в речку выбросите ключи, и роща правая, и роща левая вам вашим голосом прокричит: «Не покидайте своих возлюбленных. Былых возлюбленных на свете нет...» Но вы не выслушаете совет. |
Симпли, за теб  Марина Цветаева * * * О. Э. Мандельштаму Откуда такая нежность? Не первые — эти кудри Разглаживаю, и губы Знавала темней твоих. Всходили и гасли звезды, Откуда такая нежность?— Всходили и гасли очи У самых моих очей. Еще не такие гимны Я слушала ночью темной, Венчаемая — о нежность!— На самой груди певца. Откуда такая нежность, И что с нею делать, отрок Лукавый, певец захожий, С ресницами — нет длинней? 18 февраля 1916 |
  *** Любви все возрасты покорны; Но юным, девственным сердцам Ее порывы благотворны, Как бури вешние полям: В дожде страстей они свежеют, И обновляются, и зреют — И жизнь могущая дает И пышный цвет и сладкий плод. Но в возраст поздний и бесплодный, На повороте наших лет, Печален страсти мертвой след: Так бури осени холодной В болото обращают луг И обнажают лес вокруг. *** Лъжата, която прилича на истина, не е по- добра от истината, която прилича на лъжа - <Кабус Наме> |
| Благодаря, Шломо. Виждам помниш, че много обичам и Нея, и Него. Благодаря ти. Но Геновева ме хвана с онова търсене, преписване, слушане на записи.... Оттогава не мога да слушам как актьори четат поезия... И се изненадвам колко много помня наизуст... Белла Ахмадулина * * * По улице моей который год звучат шаги - мои друзья уходят. Друзей моих медлительный уход той темноте за окнами угоден. Запущены моих друзей дела, нет в их домах ни музыки, ни пенья, и лишь, как прежде, девочки Дега голубенькие оправляют перья. Ну что ж, ну что ж, да не разбудит страх вас, беззащитных, среди этой ночи. К предательству таинственная страсть, друзья мои, туманит ваши очи. О одиночество, как твой характер крут! Посверкивая циркулем железным, как холодно ты замыкаешь круг, не внемля увереньям бесполезным. Так призови меня и награди! Твой баловень, обласканный тобою, утешусь, прислонясь к твоей груди, умоюсь твоей стужей голубою. Дай стать на цыпочки в твоем лесу, на том конце замедленного жеста найти листву, и поднести к лицу, и ощутить сиротство, как блаженство. Даруй мне тишь твоих библиотек, твоих концертов строгие мотивы, и - мудрая - я позабуду тех, кто умерли или доселе живы. И я познаю мудрость и печаль, свой тайный смысл доверят мне предметы. Природа, прислонясь к моим плечам, объявит свои детские секреты. И вот тогда - из слез, из темноты, из бедного невежества былого друзей моих прекрасные черты появятся и растворятся снова. 1959 Белла Ахмадулина. |
Константин Симонов * * * Жди меня, и я вернусь. Только очень жди, Жди, когда наводят грусть Желтые дожди, Жди, когда снега метут, Жди, когда жара, Жди, когда других не ждут, Позабыв вчера. Жди, когда из дальних мест Писем не придет, Жди, когда уж надоест Всем, кто вместе ждет. Жди меня, и я вернусь, Не желай добра Всем, кто знает наизусть, Что забыть пора. Пусть поверят сын и мать В то, что нет меня, Пусть друзья устанут ждать, Сядут у огня, Выпьют горькое вино На помин души... Жди. И с ними заодно Выпить не спеши. Жди меня, и я вернусь, Всем смертям назло. Кто не ждал меня, тот пусть Скажет: - Повезло. Не понять, не ждавшим им, Как среди огня Ожиданием своим Ты спасла меня. Как я выжил, будем знать Только мы с тобой, - Просто ты умела ждать, Как никто другой. 1941 |
„Не намъ. Не намъ, а имени твоему. 1877 — 1878“. Не е поезия, но нема къде другаде да го напомня. Някои казват, че псалмите също били поезия...Ако ще ги напомняш, може да е и в някоя религиозна тема или тема за еврейска поезия. _______________________ Блогът на Манрико |
| А това на Манделщам е прелестно... виртуозни трета и четвърта строфи - опитайте на глас. Люблю морозное дыханье И пара зимнего признанье: Я - это явь; явь - это явь... И мальчик, красный, как фонарик, Своих салазок государик И заправила, мчится вплавь. И я - в размолвке с миром, с волей - Заразе саночек мирволю - В сребристых скобках, в бахромах - И век бы падал векши легче, И легче векши в мягкой речке - Полнеба в валенках, в ногах... Осип Мандельштам 24 января 1937  ПП - Тук вече ще се извиня, но ще карам по моята си нишка... пък нека се преплитат (по Геновева). Редактирано от - Simplified Solutions на 24/1/2010 г/ 20:12:34 |
| НА РОДИНЕ НИКОЛАЯ ВАПЦАРОВА Перо мое не в чернилах, а в крови... Николай Вапцаров Собравшись как-то второпях, не расспросивши никого, мы у Вапцарова в гостях, в квартире маленькой его. Уже прошло немало лет, давно то время вдалеке, когда явился нам поэт на нашем русском языке. Как подобает, прибран дом и свет в окошках золотой, но что-то странное кругом, какой-то воздух неживой. На полке книги так стоят от корешка до корешка, как будто много дней подряд не прикасалась к ним рука. И непонятна нам сперва еще особенность и та, что не горят никак дрова, не раскаляется плита. Пол по-музейному блестит, официальна тишина, и, как на сцене, говорит трагичным шепотом жена, Я вроде суеверным стал, чего на ум-то не придет? Хозяин сильно запоздал, домой, наверно, не придет. Уж много лет тому назад его прикончили враги. По лестнице не прозвучат его спешащие шаги. Его напрасно не зови, а лучше подойди к бюро: оно и вправду все в крови, его поэзии перо. Ярослав Смеляков |
| извън темата, ми хрумна един въпрос - словосъчетанието "ерудиран простак" може ли да се смята за оксиморон? не мога да си отговоря.  |