Интимна поезия
Отиди на страница:
| Пеньо Пенев ЕЛЕГИЯ Денят се ражда. . . Жажда пустинна като талаз накипя и запя... Жена милоока! — добра и невинна — денят се ражда, а аз ще заспя. . . Сърцето чакало, но не дочакало, плакало, докато сипне зората.. . На двора тревясал и утрото плакало, плакало с бистра роса по тревата. . . Бяла и румена като циклама в дните ми горестни ти се яви! Мълком те гледам. . . Път към теб няма! Късно е вече, уви!. . . Чашата само скръбта ми разбира и ще остане тя — ален завет! Един ще се ражда, друг ще умира в ръка с пистолет. . . Съдба неотменна — задача решена! Стройна и свежа, с походка лека дори да се върнеш пак в рокля зелена — самотна ще бъде една пътека. . . |
| НА ЛЮБИМАТА, КОЯТО ЩЕ СИ ЛЯГА Джон Дън Превод от английски: Кристин Димитрова Ела, любов, че грохнах от съблазън, не смажа ли мускета, ще съм смазан. Когато враг врага си дебне, той се уморява да стърчи без бой. Свали тоз пояс - бляскав млечен път, обгърнал тяло с дваж по-бяла плът. Снеми корсажа, дето на глупците с рубини би им отклонил очите. И връзките си развържи, защото часът със звън напомня за леглото. Махни корсета, странно здрав и цял - виж, аз в такава близост бих умрял. Таз смъкваща се рокля ми открива, че като лъч след облак си красива. Дай диадемата ти сам да снема - корона от коси, пък с диадема! Обувките хвърли, ела насам и влез в леглото, в нощния ни храм. Тъй в бели роби ангелите само ни носят вест, но бялото ти рамо по-скоро мохамедов рай вести - знам, призракът е също бял, но ти се различаваш в свойта белота - той космите изправя, ти плътта. Дай на ръцете ми сертификат да бродят над, под, във, отпред, отзад. О, мой нов свят, о, девствена обител, о, кралство на един-единствен жител, о, скъпа, златна мина, таен град, пред теб щастлив съм, в теб ще съм богат, свободен ще съм вътре и призван да подпечатвам всичко свое с длан. Ти, голота, си бременна с успехи: че само дух без плът и плът без дрехи трептят в екстаз. Жените диаманта го ползват като топка на Атланта и глупавият поглед със замах се хваща в него, без да хване тях. В жената неграмотните лаици ще видят само пищните корици, но тази книга пред избраници сама на забранените си страници ще се разтвори. Вече съм избран, така че покажи ми се без свян като на акушерка. Тук бельото не е престиж, а пречка за окото. Виж, няма страшно, гол съм отведнъж, пък ти дори ще си покрита с мъж. |
| Франсоа Вийон БАЛАДА ЗА НЯКОГАШНИТЕ ЖЕНИ Кажете ми в коя страна е днеска Флора, в Рим ценена, Таис, в чиято слабина бе много сила изцедена, и Ехо - с хубост вкаменена, - мълвяща край безкраен бряг, от шепот даже уязвена? Къде си днеска, лански сняг? А Елоиза? Тя узна цената си зарад химена - кастрираха го без вина и расо Абелар надена... А тази, с толкоз власт дарена, че Буридан по неин знак в чувал да бъде хвърлен в Сена? Къде си днеска, лански сняг? И Бланка, лилия една със глас на мамеща сирена, и Жана, храбрата жена, в Руан на клада изгорена, Алис, за рицаря мишена, и Берта с мощния си крак - къде са, Дево пресвещена? Къде си днеска, лански сняг? Но, Ваша милост, седем дена да търсите - и пак, и пак ще се завръщате с рефрена: къде си днеска, лански сняг? |
| БЪДЕЩЕ Недялко Йорданов Искам себе си да осъдя на доживотен плен. Мое малко, невъзможно бъдеще, защо се изпречи пред мен? Късно е да се променям. Симпатично е да съм стар. Всяка сутрин тръгвам в 7 по един и същ тротоар. От много бой и малко ласкателства съм един отегчен скептик и в конкретните обстоятелства предпочитам шепот пред вик. Мое малко, невъзможно бъдеще, съблазнително като малка жена, късно е, много е късно да допрем със теб колена. Няма смисъл да има влюбване, има смисъл да няма флирт. Предпочитам сега да погубя дълга чаша със малко спирт. Но все пак, упорито и лошо, съществувай тихо над мен, мое бъдеще невъзможно, бивш мой поглед зелен. |
| https://www.youtube.com/watch?v=RZ1oyu78rGI Борис Христов КОНЧЕ МОЕ Добре живяхме, конче мое, но живота за малко ни е даден - само да извикаш. И днес ще трябва да се разделим, защото очите ти се свършиха, нозете се изтриха. Летеше твоят шал - препускаше душата и подир тебе аз - едно сърце двуного... А щом угаснеше деня, заспивахме в тревата, избягали от хората, забравени от бога. Но вятърът отново рог надува - не знаехме юзда, не знаехме камшик какво е. Целувам черния ти белег... и белия целувам - нима ще ме оставиш, конче мое. Да можех, бих ти дал от моите години. Звънчета ще ти дам - да бъдеш цялото камбана. Вземи балончето - сърцето му е синьо. Дори часовника ти давам, само да останеш. Но тръгваш ти - звънят копитата ти боси. Прости ми, конче ненадминато! Как страшно ще се вее твоят алаброс и ще свети като слънце в гилотината. |
| https://www.youtube.com/watch?v=HziL9tdvXCg Миряна Башева ВСЯКА СЕДМИЦА Вторник. Четвъртък. Нищо... Облаци. Плътни, купести, с хладни и влажни очища гледат как вършим глупости. Но срещу събота. Чудно: превърта се цялата седмица, превърта се пулсът, луднал от марша на дните-редници. Събота. Късен следобед. Малко вали, но приятно. (Даже в пустинята Гоби нямаме вечно лято.) Събота! Събота Вечер! И какво? Пак телевизия... Улиците - запречени от чужди рокли и ризи... Десет. Дванайсет. Нищо! Пулсът назад превърта. Неделя. Вторник. Четвъртък. Не мога да ви опиша! |
| БАЛАДА ЗА РАЗВЕДЕНИЯ СКУЛПТОР Добромир Тонев Сега си сам сред тази стая, която няма две врати. Свещта с длетото си извайва замислените ти черти. Напразно тя пред теб възкръсна - изкуството си отмъсти: създадоха я твойте пръсти, но нямаш власт над нея ти. И в тази нощ, по женски ничия ти проумяваш изведнъж: огънатата свещ прилича на плачещо ребро от мъж. |
| В света-пристанище случайно,развяло моя флаг сребрист- се вглеждах дълго и те търсех под свода опнат като лист, и що?Лице аз не намерих,по-слънчево от твоя лик, и тяло на жена,по-стройно от твойто тяло-кипарис! Омар Хайям |
| http://www.youtube.com/watch?v=JLFcBfhi4Ic КЪДЕ СИ Павел Матев Изплъзващата се следа отчаяна потъна в бяло... Една невярна свобода, наречена от нас раздяла, запълва всичко. Мрат звезди. Изчезват есенните шарки. Мълчат вечерните води изпод оголените арки. И бели мигове горят. И лунен въздух се разлива над изоставения път... Къде си? Беше ли щастлива? Умопомръкващата степ ме вика тая късна вечер. Не зная пак дали при теб или от тебе по-далече. Там, дето думите ни спят, в неозвучените полета, където птиците мълчат, защото не мълчи сърцето... И аз се движа - слаб и сам - подир съдбата си човешка. И вече чувствам, вече знам че тази свобода е тежка. |
| http://www.youtube.com/watch?v=50bHQE9I7Vg Элегия Стихи: Городницкий А.М. Музыка: Клячкин Е.И. Сентябрь сколачивает стаи, И первый лист звенит у ног. Извечна истина простая: Свободен — значит, одинок. Мечтая о свободе годы, Не замечаем мы того, Что нашей собственной свободы Боимся более всего. И на растерянные лица (Куда нам жизни деть свои?) Крылом спасительным ложится Власть государства и семьи. В углу за снятою иконой Вся в паутине пустота. Свободен — значит, вне закона. Как эта истина проста! Входная дверь гремит, как выстрел, В моём пустеющем дому. Так жить нам вместе, словно листьям, А падать вниз по одному. 1970 |
| Сергей Есенин *** Все живое особой метой Отмечается с ранних пор. Если не был бы я поэтом, То, наверно, был мошенник и вор. Худощавый и низкорослый, Средь мальчишек всегда герой, Часто, часто с разбитым носом Приходил я к себе домой. И навстречу испуганной маме Я цедил сквозь кровавый рот: «Ничего! Я споткнулся о камень, Это к завтраму все заживет». И теперь вот, когда простыла Этих дней кипятковая вязь, Беспокойная, дерзкая сила На поэмы мои пролилась. Золотая словесная груда, И над каждой строкой без конца Отражается прежняя удаль Забияки и сорванца. Как тогда, я отважный и гордый, Только новью мой брызжет шаг... Если раньше мне били в морду, То теперь вся в крови душа. И уже говорю я не маме, А в чужой и хохочущий сброд: «Ничего! Я споткнулся о камень, Это к завтраму все заживет». Февраль 1922 |
| "...Я попросил его прочитать о собаке, у которой отняли и бросили в реку семерых щенят. — Если вы не устали... — Я не устаю от стихов, — сказал он и недоверчиво спросил: — А вам нравится о собаке? Я сказал ему, что, на мой взгляд, он первый в русской литературе так умело и с такой искренней любовью пишет о животных. — Да, я очень люблю всякое зверьё, — молвил Есенин задумчиво и тихо, а на мой вопрос, знает ли он "Рай животных" Клоделя, не ответил, пощупал голову обеими руками и начал читать "Песнь о собаке". И когда произнёс последние строки: ...Покатились глаза собачьи Золотыми звёздами в снег. на его глазах тоже сверкнули слёзы. После этих стихов невольно подумалось, что Сергей Есенин не столько человек, сколько орган, созданный природой исключительно для поэзии, для выражения неисчерпаемой "печали полей", любви ко всему живому в мире и милосердия, которое — более всего иного — заслужено человеком. И ещё более ощутима стала ненужность Кусикова с гитарой, Дункан с её пляской, ненужность скучнейшего бранденбургского города Берлина, ненужность всего, что окружало своеобразно талантливого и законченно русского поэта." Максим Горький Песнь о собаке Утром в ржаном закуте, Где златятся рогожи в ряд, Семерых ощенила сука, Рыжих семерых щенят. До вечера она их ласкала, Причесывая языком, И струился снежок подталый Под теплым ее животом. А вечером, когда куры Обсиживают шесток, Вышел хозяин хмурый, Семерых всех поклал в мешок. По сугробам она бежала, Поспевая за ним бежать... И так долго, долго дрожала Воды незамерзшей гладь. А когда чуть плелась обратно, Слизывая пот с боков, Показался ей месяц над хатой Одним из ее щенков. В синюю высь звонко Глядела она, скуля, А месяц скользил тонкий И скрылся за холм в полях. И глухо, как от подачки, Когда бросят ей камень в смех, Покатились глаза собачьи Золотыми звездами в снег. 1915 | |
Редактирано: 1 път. Последна промяна от: Гео |
| Стихотворението на Константин Симонов "Жди меня" е оказало огромно влияние за подържането на висок дух на съветските бойци по време на войната. На Симонов принадлежи и едно друго, по-малко известно стихотворение... ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ( Женщине из г. Вичуга ) Я вас обязан известить, Что не дошло до адресата Письмо, что в ящик опустить Не постыдились вы когда-то. Ваш муж не получил письма, Он не был ранен словом пошлым, Не вздрогнул, не сошел с ума, Не проклял все, что было в прошлом. Когда он поднимал бойцов В атаку у руин вокзала, Тупая грубость ваших слов Его, по счастью, не терзала. Когда шагал он тяжело, Стянув кровавой тряпкой рану, Письмо от вас еще все шло, Еще, по счастью, было рано. Когда на камни он упал И смерть оборвала дыханье, Он все еще не получал, По счастью, вашего посланья. Могу вам сообщить о том, Что, завернувши в плащ-палатки, Мы ночью в сквере городском Его зарыли после схватки. Стоит звезда из жести там И рядом тополь — для приметы... А впрочем, я забыл, что вам, Наверно, безразлично это. Письмо нам утром принесли... Его, за смертью адресата, Между собой мы вслух прочли — Уж вы простите нам, солдатам. Быть может, память коротка У вас. По общему желанью, От имени всего полка Я вам напомню содержанье. Вы написали, что уж год, Как вы знакомы с новым мужем. А старый, если и придет, Вам будет все равно ненужен. Что вы не знаете беды, Живете хорошо. И кстати, Теперь вам никакой нужды Нет в лейтенантском аттестате. Чтоб писем он от вас не ждал И вас не утруждал бы снова... Вот именно: «не утруждал»... Вы побольней искали слова. И все. И больше ничего. Мы перечли их терпеливо, Все те слова, что для него В разлуки час в душе нашли вы. «Не утруждай». «Муж». «Аттестат»... Да где ж вы душу потеряли? Ведь он же был солдат, солдат! Ведь мы за вас с ним умирали. Я не хочу судьею быть, Не все разлуку побеждают, Не все способны век любить,— К несчастью, в жизни все бывает. Ну хорошо, пусть не любим, Пускай он больше вам ненужен, Пусть жить вы будете с другим, Бог с ним, там с мужем ли, не с мужем. Но ведь солдат не виноват В том, что он отпуска не знает, Что третий год себя подряд, Вас защищая, утруждает. Что ж, написать вы не смогли Пусть горьких слов, но благородных. В своей душе их не нашли — Так заняли бы где угодно. В отчизне нашей, к счастью, есть Немало женских душ высоких, Они б вам оказали честь — Вам написали б эти строки; Они б за вас слова нашли, Чтоб облегчить тоску чужую. От нас поклон им до земли, Поклон за душу их большую. Не вам, а женщинам другим, От нас отторженным войною, О вас мы написать хотим, Пусть знают — вы тому виною, Что их мужья на фронте, тут, Подчас в душе борясь с собою, С невольною тревогой ждут Из дома писем перед боем. Мы ваше не к добру прочли, Теперь нас втайне горечь мучит: А вдруг не вы одна смогли, Вдруг кто-нибудь еще получит? На суд далеких жен своих Мы вас пошлем. Вы клеветали На них. Вы усомниться в них Нам на минуту повод дали. Пускай поставят вам в вину, Что душу птичью вы скрывали, Что вы за женщину, жену, Себя так долго выдавали. А бывший муж ваш — он убит. Все хорошо. Живите с новым. Уж мертвый вас не оскорбит В письме давно ненужным словом. Живите, не боясь вины, Он не напишет, не ответит И, в город возвратись с войны, С другим вас под руку не встретит. Лишь за одно еще простить Придется вам его — за то, что, Наверно, с месяц приносить Еще вам будет письма почта. Уж ничего не сделать тут — Письмо медлительнее пули. К вам письма в сентябре придут, А он убит еще в июле. О вас там каждая строка, Вам это, верно, неприятно — Так я от имени полка Беру его слова обратно. Примите же в конце от нас Презренье наше на прощанье. Не уважающие вас Покойного однополчане. По поручению офицеров полка К. Симонов | |
Редактирано: 2 пъти. Последна промяна от: Гео |
| https://www.youtube.com/watch?v=4ubOf6gz8OU НЕ УМИРАЙ, ЛЮБОВ Недялко Йорданов Не умирай любов! Не умирай любов! Не умирай! Старомодно до край ще повтарям тези слова. Не затваряй вратата на своята бедна квартира - всеки ден ще ти нося през зимата хляб и дърва. Тази нощ с одеялото двамата ще се завием. Ще ти стопля нозете с нозе и ръцете с ръце. Затова не умирай любов...Единадесет бие. Предпоследния удар на твоето храбро сърце. Ще те любя, любов! Ще те любя, любов! Ще те любя! Цяла нощ...Ще ти вдъхна живот. Ще ми вдъхнеш живот. Ти си все така хубава! Виж! Аз съм все така хубав! Нека вие навън оня леден и бял съпровод. Реквием ли, любов? Сватбен марш ли?.. Последен молебен. Тъкмо време е вече...И аз съм отдавна готов. Не е честно да тръгваш сама...Аз ще тръгна със тебе. Затова не умирай любов, не умирай любов! |
Димчо Дебелянов Мечти Из пустинната алея, дето нявга двама с нея в полунощен час дълбок, вгледани в една звезда, дадохме си свят оброк да се любим навсегда — скитах сам. Ненадейно там до мен някой кихна в тъмнината… И замаян, и смутен, взрян в очите на луната, аз попитах ужасен: в тая нощ печално-тиха, в тоя късен, злобен час кой посмя да киха? В миг отгадка лучезарна мойта мисъл освети и се сетих аз тогаз, че, настинали отзарна, в тоя кобен, злобен час кихат моите мечти. |
Stopping by Woods on a Snowy Evening By Robert Frost Whose woods these are I think I know. His house is in the village though; He will not see me stopping here To watch his woods fill up with snow. My little horse must think it queer To stop without a farmhouse near Between the woods and frozen lake The darkest evening of the year. He gives his harness bells a shake To ask if there is some mistake. The only other sound’s the sweep Of easy wind and downy flake. The woods are lovely, dark and deep, But I have promises to keep, And miles to go before I sleep, And miles to go before I sleep. |
| Анна Ахматова Последняя роза Вы напишете о нас наискосок. И. Б. Мне с Морозовой класть поклоны, С падчерицей Ирода плясать, С дымом улетать с костра Дидоны, Чтобы с Жанной на костер опять. Господи! Ты видишь, я устала Воскресать, и умирать, и жить. Все возьми, но этой розы алой Дай мне свежесть снова ощутить. *** Александр Блок Анне Ахматовой "Красота страшна" — Вам скажут, — Вы накинете лениво Шаль испанскую на плечи, Красный ро́зан — в волосах. «Красота проста» — Вам скажут, — Пёстрой шалью неумело Вы укроете ребёнка, Красный ро́зан — на полу. Но, рассеянно внимая Все́м словам, круго́м звучащим, Вы задумаетесь грустно И твердите про себя: "Не страшна и не проста я; Я не так страшна, чтоб просто Убивать, не так проста я, Чтоб не знать, как жизнь страшна́". | |
Редактирано: 1 път. Последна промяна от: Гео |
| Иннокентий Анненский Смычок и струны Какой тяжелый, темный бред! Как эти выси мутно-лунны! Касаться скрипки столько лет И не узнать при свете струны! Кому ж нас надо? Кто зажег Два желтых лика, два унылых... И вдруг почувствовал смычок, Что кто-то взял и кто-то слил их. "О, как давно! Сквозь эту тьму Скажи одно: ты та ли, та ли?" И струны ластились к нему, Звеня, но, ластясь, трепетали. "Не правда ль, больше никогда Мы не расстанемся? довольно?.." И скрипка отвечала да, Но сердцу скрипки было больно. Смычок все понял, он затих, А в скрипке эхо все держалось... И было мукою для них, Что людям музыкой казалось. Но человек не погасил До утра свеч... И струны пели... Лишь солнце их нашло без сил На черном бархате постели. |
| Миг Д. Дебелянов Дали се е случило нявга - не помна, не знам - ще се случи ли... Тъжен и морен, аз плувах самин из тълпата огромна на някакъв град огрешен и позорен. Над мене, замръзнало в мисъл безумна, небето немееше странно далече, а долу се носеше музика шумна от стъпки, от смях и преплетени речи. Но горди и сластни очи не зовяха на уличен пир мойте жажди смирени - мъжете там хилави воини бяха, жените - отвъргнати, неми сирени... В миг глуха вълна над града се пронесе, в миг всичко в заглъхналост странна потъна, аз сетих и страх, и молитви в сърце си и видех света като пропаст бездънна. Незрими води, с глух и таинствен ромон, заляха съня на безбрежия неми и нямаше там ни надежда, ни спомен - и нямаше там ни пространство, ни време... И с поглед стъмен от предсмъртна замая аз плахо превих колена прималняли, помислих, че някакъв глас ще вещае незнаен завет из незнайни скрижали, че някакъв бог умилен ще разкрие, след толкова дни на безумства метежни: защо е тъй горд и надвластен, а ние - тъй слаби, тъй горестни, тъй безнадеждни! Напразно, уви! - Невъзпламнал угасна великият миг на великото чудо, нов суетен стрем из тълпата ме тласна, мечтата смени безпощадна пробуда - и ропот, и смях в тишината нахлуха... "Пиян е, безумен е!" - някой прошушна... Аз станах. - Небето бе празно и глухо... Аз плачех. - Тълпата бе ледно-бездушна. |